Чародольский князь (Ведьмин крест) - Страница 77


К оглавлению

77

– Почему это?

– Да ладно, пусть смотрит, – сказал, не глядя на них, Шелл. – Будет меня уважать и бояться.

В следующую секунду польский колдун зарычал. Очертания его тела стремительно изменились: одежда подернулась серебристой пылью, а лицо…

Каве, не ожидавшая столь разительной перемены, вскрикнула.

Огромный белый медведь раскрыл пасть, усеянную частыми и острыми серебряными зубами, и ринулся на суккуба.

Через несколько мгновений от духа осталась кроваво-алая дымка, которая тут же истаяла.

Белый медведь вновь вернул себе человеческий облик.

– Это просто моя работа, – гордо произнес Шелл. В глазах его таились насмешливые огни.

А Каве подумала, что со своим жалким (и единственным!) превращением в ящерицу выглядит совсем уж маленькой рядом с такими крутыми медведями – что белым, что бурым.

– Шелл – специалист по духам и полудухам, – поспешил разъяснить Лешка. – А также по их уничтожению.

Последняя фраза заставила девушку насторожиться – Лешка произнес ее довольно странным тоном…

– Погоди-ка! – вдруг пришло ей в голову. – А как же это мы видели Эрис… вернее, – поправилась она, – иллюзорный облик суккуба, если другие его не могут увидеть? Только дух и его жертва?

– Кто сказал, что нельзя? – удивился Шелл. – Нет, облик суккуба видят все. Ну, за исключением некоторых случаев. Порой такие сердечные тайны можно открыть… Ну вот, как сейчас. – Он смутился и замолк. Впрочем, глаза оставались веселыми.

Каве не выдержала и оглянулась.

Лешка тут же подарил ей хитрую улыбку.

– Я тогда пошутил, – сказал он, с удовольствием наблюдая за реакцией девушки. – Конечно, я видел, в кого превратился этот суккуб в лесу.

Ее щеки вмиг сделались маковыми.

Большим усилием она заставила себя вновь сосредоточиться на делах насущных.

– Ладно, раз этот гад уничтожен… Тогда какие будут предложения по побегу?

Шелл с Лешкой снисходительно переглянулись.

– У нас была только одна проблема – Марк. Но раз вы, леди, ее разрешили… – Шелл с уважением посмотрел Каве в глаза, впрочем, его взгляд тут же сместился пониже – туда, где из-под черного мундира выглядывала полоска нежной белой кожи, – то для начала советую переодеться.

– Я дам футболку. – Лешка начал стаскивать с себя футболку, но был тут же остановлен Шеллом.

– Позаботились уже. – Поляк насмешливо покосился на друга. – В следующий раз блеснешь своим телосложением.

После этого он протянул Каве пакет, в котором оказалась черная женская майка.

– Эрис передала, на всякий случай, – добавил Шелл. – Давай скорее.

Парни отвернулись.

– В общем, просто линяем по-быстрому, – произнес поляк, когда Каве дала знать, что переоделась.

Девушка посмотрела на него, как на сбрендившего.

– Ка-ак?! Я пробовала – здесь нельзя совершать ультрапрыжки! Марк и тот смог провести лишь тоннель-петлю с обратным ходом.

Парни одновременно хмыкнули.

– Нас покатает на себе темная лошадка… И светлая. Единороги. Насколько известно, единороги легко носятся по любым тропам и дорогам. И какие-то заговоренные крепостные стены для них – не препятствие. Они такие барьеры просто игнорируют.

– Осталось только раздобыть… – скептически заметила Каве. Но, глянув на их хитрые лица, не договорила.

– Твои друзья Эрис и Патрик предложили свою помощь, – подтвердил ее догадку Шелл. – Но чтобы не злоупотреблять их добрым расположением, советую превратиться во что-нибудь мелкое.

– В ящерицу. – Лешка насмешливо сложил брови домиком. – А я стану змеей. Хотя можно и пауком.

– Ну а я – вороном, чтобы донести вас до наших милых лошадок, – довершил поляк и скомандовал: – На раз… два… три!

Каве послушно вскинула руки и совершила превращение.

И тут же была схвачена за хвост Лешкой. Он поднес маленькую ящерку к самым глазам. Каве, не мигая, уставилась на него в ответ.

Рядом нетерпеливо каркнул ворон. Возле него уже проступали нечеткие тени – белая и черная…

– Я очень рад, что ты в порядке, – тихо произнес Лешка и поцеловал ящерку в мокрую мордочку.

Каве изогнулась, пытаясь дотянуться лапками и влепить ему нечто вроде пощечины, – вот же нахал! Но Лешка, игнорируя это, как и хриплое насмешливое карканье друга за спиной, аккуратно вознес ящерку на спину белого единорога, и та мгновенно уцепилась лапками за белоснежную с серебром гриву. Сам он превратился в небольшого ужа. Ворон аккуратно подхватил живую извивающуюся плеть и положил на спину черного единорога.

Глава 20
Путешествие

Тихо ночью в горах.

Безмятежно мигают в вышине одинокие звезды. И проступает меж далекими мирами сияющее покрывало Млечного Пути.

Легкий ветер колышет длинные, развевающиеся гривы единорогов – черную, блестящую, словно обсидиан, и льдисто-белую – тонкую, мерцающую, будто сотканную из лунного света.

Быстро мелькают серебряные копытца, несутся в свободном беге черный зверь и белый зверь. Стороннему наблюдателю показалось бы, что это две первозданные стихии мчатся наперегонки в извечном движении мира. Крупный ворон вьется над бегущими единорогами, изредка оглашая воздух протяжным, неприятным карканьем и внося хаос в гармоничную картину бега.

Каве-ящерка пригрелась в тепле тонких и нежных волос гривы единорога. Она старалась глядеть вперед, силясь понять, куда же они так быстро скачут. Но когда над горой показался алый край восходящего солнца, она не выдержала и задремала.

77